Главная » Материалы » Новости » В Новосибирске собаки лечат детей
Источник | Дата: 25.01.2013 | Просмотров: 2558 | Комментариев: 0
Тоне восемь лет. Она сообразительная, доброжелательная, но не говорит. Поэтому девочка посещает коррекционную школу и ещё массу других занятий — например, канистерапию.

Для Антонины это непонятное большинству слово означает золотистого ретривера по кличке Карат, с которым она будет бегать наперегонки, обниматься и водить его на поводке. Почему эта возня ребёнка и собаки необходима «особенным» детям и откуда в Новосибирске появилась канистерапия читайте далее.

Канистерапия — вид лечения и реабилитации человека при помощи специально отобранных и обученных собак.


— Родители таких детей всем подряд занимаются, и неизвестно, «выстрелит» или нет. Авось что-то поможет, — рассказывает мама Тони. — Нет такого универсального средства, чтобы ребёнок сразу же исцелился. Но пытаемся, ищем, делимся с мамочками: кто куда ходит, кто что нашёл. Так узнали о Наде и канистерапии. Нам бабка нагадала (ведь всё уже перепробовали), что собака напугала Тоню, поэтому девочка и не говорит. Пришли проверить. Карата дочь не боится. Занимаемся дрессировкой, выучили команды: сидеть, лежать, водить рядом на поводке.


Хозяйка двухлетнего пса Надежда Доровских занимается индивидуально с каждым ребёнком. Таких детей — с ДЦП, с задержкой речевого, психоречевого или умственного развития, с синдромом дефицита внимания и гиперактивности, «аутят» — у неё занимается 12-16.

— Мы ходим на занятия с Каратом с апреля прошлого года, — рассказывает мама шестилетнего Богдана. — Прежде сын не особо реагировал на животных, сейчас начал обращать на них внимание. Огромной радостью стало то, что, научившись играть с собакой в мяч и бегать с ней наперегонки, Богдан стал переносить своё умение на людей. Теперь он бегает и играет со своим младшим братом.


Плата за занятия, которую получает Надежда, покрывает лишь стоимость аренды помещений. Одно из них находится в Академгородке, другое — в Дзержинском районе Новосибирска.

Пока Надежда занимается с детьми, дома ее ждёт сын Тимофей, которому нет ещё и пяти лет. Именно благодаря Тимофею в Новосибирске начала развиваться канистерапия: два года назад мальчику поставили диагноз — аутизм.


По словам Надежды, то, что её ребёнок «особенный», она заметила намного раньше: сын впадал в долгие истерики, убегал без причины, до трёх лет отвергал любую еду, кроме кефира, ходил определёнными маршрутами, не говорил. Когда же врачи диагностировали нарушение развития нервной системы, стала искать «волшебную таблетку».

— На самом деле универсального средства нет. Но я очень хотела, чтобы в Новосибирске была канистерапия, и не понадобилось бы заводить собственную собаку, — вспоминает Надежда события двухлетней давности.

— В США канистерапия внедрена в сферу реабилитации больных людей, в Польше эти услуги оплачиваются полисом обязательного медицинского страхования. В Москве и Петербурге ведётся работа, хотя это достаточно новое направление. В Новосибирске канистерапии не оказалось. Тогда я купила щенка золотистого ретривера по примеру московского общества «Солнечный пёс», где с «особенными» детьми работает только эта порода. Выбрала собаку интуитивно, ещё не зная о специальном тестировании при отборе таких животных.


Было очень трудно одновременно заниматься и больным ребенком и воспитанием собаки. Первое испытание произошло через три дня после появления Карата в квартире: сын ударился в истерику. Но в этой ситуации меня поразил пес. Вместо того, чтобы спасаться бегством, он сел поодаль и начал на заду незаметно продвигаться к кричащему дурным голосом ребенку. Двигался он до тех пор, пока малыш не попал ногой в тело пса — и вдруг сын рассмеялся. И тогда Карат стал с ним играть.

Тимофей прошел разные этапы взаимодействия с собакой — от игнорирования и неприятия до нынешней дружбы. Через год диагноз «аутизм» ребенку сняли.


Надежда не знает, что именно помогло. Скорее всего, всё вместе, в том числе и собака. Поэтому с апреля 2012 года она начала заниматься с другими детьми. Получилось это само собой — не смогла отказывать мамам таких же детей, которые обращались к ней.

— Поняла, что надо искать помещение, надо пробовать, — говорит Надежда, у ног которой растянулся Карат. Общаясь с детьми, он был сама предупредительность. А сейчас то и дело подскакивает, завидев входящих в двери разномастных собратьев. Собака со слабой нервной системой могла бы не выдержать частой смены партнёров, долгих однообразных поз и «маленьких мучителей». Но у голдена с психикой всё в порядке. Таких животных намеренно тренируют в разнообразных условиях, в том числе в ситуациях резкого неожиданного шума. К примеру, Надежда занималась с псом на железнодорожной насыпи, где мимо мчались грохочущие электрички.

Опыт тренировки животного и работы с детьми Надежда собирала по крупицам. Связывалась с центром в Польше, переводила на русский их тесты и методики, ездила учиться в Москву и в Петербург. Поступила в аспирантуру и начала работать над диссертацией «Восстановление глубокой чувствительности у детей с ранним детским аутизмом с помощью канистерапии».


Но одной Надежды и одной собаки для большого города явно мало.

Новосибирский кинолог Ульмас Салимбаев, поддержавший эту идею, сейчас бесплатно дрессирует семь собак для канистерапии. Он специально обучился этому в Москве и Питере.

Животные, которых он дрессирует, принадлежат добровольцам, далёким от проблем детского развития. Хозяйка одного пса вообще не имеет детей. Она случайно узнала о московской организации канистерапии, отыскала в Новосибирске Надежду и рассказала о своём желании взять и воспитать собаку. Выбрала вместе с кинологом щенка золотистого ретривера, а потом и щенка йорка, которого купил и взял на содержание её знакомый. 

Решили попробовать разные породы. Потому что у каждой есть свои сильные стороны. Маленькую собачку, например, можно давать на руки инвалидам-колясочникам. Главное, что животное, работающее как терапевт, должно иметь стабильную психику, ничего не бояться, при этом не быть агрессивным и доминантным.

Обученные собаки пройдут тестирование в американской ассоциации канистерапии. Это даст возможность в дальнейшем официально обучать животных в Новосибирске, проводить тестирование подтверждёнными методиками, сертифицировать деятельность и самостоятельно аттестовывать собак.


— Очень мало в Новосибирске, да и в любом другом городе, я полагаю, специалистов высокого уровня, способных помочь таким детям, — говорит Надежда. — Хорошие логопеды, неврологи — их работа расписана на полгода вперёд. Требуется очень кропотливый труд, чтобы был прогресс в развитии «особенных» детей. Несомненно, собака при правильной терапии — звено одной цепи этого процесса. Опыт показывает, что дети с ДЦП, следуя за собакой, начинают ползать, подниматься и ходить. Дети с аутизмом могут начать контактировать с этим миром через собаку. Собака-терапевт может самостоятельно находить пути реабилитации ребёнка. Мы назвали наш благотворительный фонд «Лапа в ладошке» и надеемся, что сможем помогать многим детям.


КОММЕНТАРИИ
Всего комментариев: 0
avatar