» » Тигры московского зоопарка
Тигры московского зоопарка
Самый крупный вид семейства кошачьих наложил лапу на обе территории Московского зоопарка. На старой, в павильоне «Кошки тропиков», обитает белая голубоглазая бенгальская леди Кали. А на Острове зверей территории новой прописана Принцесса — консервативно окрашенная амурская тигрица.

Усат, полосат, ну разве что великоват, на руках не удержишь, — умиляется при виде тигра истинный любитель кошачьего племени. Могучий, вальяжный, самодостаточный зверь притягивает, как магнитом. По эту сторону надёжного барьера как-то забываешь и о тяжёлой лапе, и об острых когтях, и о полном несоответствии нашего хрупкого тела тигриным представлениям о технике безопасности.



Так и хочется потискать, почесать за ухом... Приходится одёргивать себя, напоминать, что и домашних любимцев порой раздражает фамильярность, а тут полудикий зверь, и вообще, размер имеет значение. Не зря же Виктор Гюго шутил: Бог сотворил кошку именно для того, чтобы человек мог ласкать тигра.

Человек (хоть сколько-нибудь разумный) в меню нормального тигра давно не входит. Наверное, наша питательная ценность не компенсирует неприятности, которые могут обрушиться на тигриную голову после обеда. По мере того, как дичь превращалась в опасного убийцу, многие хищные виды отвыкали от человечины и привыкали держаться от нас подальше.



Выжили те, кто отличался осторожностью и предпочитал здоровое питание в виде нецивилизованного зверья. Правда, от истинно кошачьего любопытства тигры так и не избавились: могут заглянуть в полевой лагерь, сунуть нос в абсолютно несъедобные, но чем-то заинтересовавшие их вещи, «проводить» по следам охотников или исследователей. Должен же Тигр знать, что эти странные двуногие делают на его территории!

«Вообще тигры, исключая раненых и людоедов, очень добродушны. Если бы это было не так, тысячи людей не могли бы работать в джунглях, где зачастую тигры встречаются чуть ли не на каждом шагу, а такие, как я, не могли бы годами бродить по лесам пешком без всякого для себя вреда, -писал известный охотник и знаток дикой природы Джим Корбетт, победитель многих зверей-людоедов. — Иногда какой-нибудь тигр протестует, когда слишком близко подходят к его детёнышам или добыче, которую он стережёт. Протест этот неизменно выражается рычанием; если оно не производит должного впечатления, за ним следуют короткие броски, сопровождаемые грозным рёвом. Но если MGHT У ВС6Х не помогают и такие предупреждения, тогда уж вина за любое полученное увечье полностью ложится на незваного гостя».



В зоопарках людоедов не держат, поэтому мы для тигров то развлечение, то раздражающий фактор, к которому можно повернуться задом и уйти в укрытие. К тем, кто их кормит, приносит игрушки, следит за чистотой или просто регулярно «ходит в гости», не нарушая тигриного этикета, — то есть ассоциируется с вещами приятными и безопасными — звери вполне лояльны. Точно, большая кошка! Однако наш гид, заведующий отделом млекопитающих Московского зоопарка Евгений Степанович Давыдов, не даёт увлечься опасными фантазиями:

- Даже котёнок домашней киски способен, играя, расцарапать нежную человеческую кожу до крови. Любой зверь, принимая человека в компанию, будет общаться и обращаться с ним почти как с особью своего вида. А теперь посмотрите на тигра. Самый крупный из всех кошачьих (гибриды не в счёт), он потрясающе силён — жертву, превышающую его собственный вес в 1,5-2 раза, он утаскивает на значительное расстояние. Когти прочнейшие — когда раздражённый тигр царапает ими по специальному стеклу, огораживающему вольер, на нём появляются шероховатости!



А сила тигриной «лапки»? Конечно, её ударом буйволу шею не сломать, но мы-то с вами не буйволы! И даже не тигры! Мирная игра и тигриные ласки (даже без кавычек) для человека могут обернуться тяжёлыми травмами. Не будем говорить о зверях, которых с подсосного возраста растят в человеческой семье, ежечасно приучая умерять силу. Это — для цирка и кино, а в зоопарках ценится сохранившаяся естественность поведения.

— Но, как вы говорили, естественное поведение тоже может варьировать?


— Темперамент у всех зверей разный — так же, как и у людей. А на формирование характера влияют различные факторы. Тигры, рождённые в зоопарках, уже привыкли к людям и должны быть мягче по характеру, чем отловленные в дикой природе. Те в первое время свирепые, у них выраженная защитная реакция, а где-то через полгода адаптируются, успокаиваются. Но неправильное обращение способно испортить отношения с людьми даже у потомственных «зоопарковских» животных. Одна из таких тигриц спокойно относилась к рабочим, но ненавидела людей в форме охранников — если видела, сразу кидалась. Значит, кто-то из них ей когда-то чем-то досадил. Она вообще больше симпатизировала женщинам, а мужчинам не доверяла.

Иногда природные склонности проявляются не сразу. Как-то зарубежные зоопарки заказали через нас трёх самцов амурского тигра. Из Хабаровского края в Московский зоопарк доставили трёх юных тигров, из которых при ближайшем рассмотрении самцом оказался только один. Самки заказчику были не нужны, в итоге они остались у нас.



Сперва девочки жили во временных, но благоустроенных, с личным домиком, клетках в здании типа ангара. И там же проходил служебный коридор, в котором было довольно темно. Одна из самок придумала себе развлечение: пряталась за домик, дожидалась, когда кто-нибудь пойдёт по коридору, бросалась на ограду и страшно рычала. Нервная встряска была обеспечена, и вскоре издёрганные сотрудники окрестили вредную тигрицу Мегерой. На её фоне вторая была этаким полосатым ангелом, за что получила имя Сударушка. Наконец, их перевели на Остров зверей, и вот там-то характеры диаметрально поменялись.

У Мегеры агрессивность исчезла. Подойдёшь — трётся об ограду, мурлычет. А Сударушка стала на нас охотиться: лапу с полувыпущенными когтями незаметно просунет за ограду, кто зазевался — раз и зацепила. Всегда держала когти наготове. Тоже тигриная игра, но более опасная. Не испугать, а изловить. Промахнулись мы с именами, интуиция оказалась слабее, чем у наших подопечных.

Жил тогда в зоопарке индюк — кто-то принёс увечного, тот подлечился, взбодрился и стал гулять по зоопарку. И такой был наглый, что фланировал, например, мимо Мегеры и пытался тигрицу в нос клюнуть. А вот Сударушку обходил, как чувствовал что-то.



Мегера стала прекрасной матерью, обхаживала своё потомство, всегда давала наесться детям (а у неё однажды было аж четыре тигрёнка) и только потом ела сама. Поэтому сама была худющая, а дети все на подбор гладкие, упитанные и добродушные. Даже когда пришла пора отправлять их в другие зоопарки — просто брали за шиворот и грузили в транспортные клетки. А Сударушка матерью оказалась неважнецкой, на детей внимания обращала мало, сперва наедалась сама, а потом уже подпускала к мясу их. Тигрята были тощие и характером все в неё. Их при отправке пришлось обездвиживать.

Такие вот разные по характеру «кошечки» бывают. И это нормально. Не надо только от зверя требовать, чтобы он вёл себя как человек, причём человек идеальный. А вот про то, что ты человек - создание хрупкое, помнить надо. Безопасность при общении с хищником не только от силы духа, куража зависит, но и от знания особенностей его поведения, привычек, от наблюдательности, способности вовремя заметить изменения в настроении зверя. Что хорошо с тигром, предупреждающих знаков он подаёт достаточно. И, скажу я вам, за свою работу в зоопарке я гораздо меньше пострадал от «кровожадных» хищников, чем от буйных копытных...

- Амурским тиграм московские зимы нипочём, а как адаптировались к нашему климату их южные родственники?

- Нормально. Белые тигры давно живут в зоопарках северных городов. Более того, у нас был белый «бенгалец», который по морозоустойчивости мог поспорить с уссурийским тигром. Он с удовольствием купался зимой (!) в своём бассейне (вода там проточная и не замерзает) и спал на снегу. В укрытие, в тепло, его на ночь приходилось заманивать мясом. И дети его были такие же. Один из сыновей — его звали Няма — задержался в Московском зоопарке, и пришлось его перевести на Остров зверей. Так он купался в 20-градусный мороз, потом ещё гулял «на свежем воздухе», и шерсть на нём замерзала. Он никакого беспокойства от этого не испытывал, а когда наконец-то уходил в помещение, просто отряхивался — льдинки во все стороны так и летели.



«Когда я читаю слова «жестокий, как тигр» или «кровожадный, как тигр», я вспоминаю о маленьком мальчике, вооружённом старым шомпольным ружьём, правый ствол которого имел трещину длиной в 6 дюймов, а приклад и стволы, чтобы они не развалились, были скреплены медной проволокой. И этот мальчик бродил по джунглям в те дни, когда там было в десять раз больше тигров, чем теперь. Мальчик засыпал там, где заставала его ночь, разведя лишь небольшой костёр, согревавший и развлекавший его в одиночестве. Время от времени он просыпался от рёва тигров, то далёкого, то совсем близкого. Проснувшись, мальчик подбрасывал ветку в костёр, поворачивался на другой бок и снова спокойно засыпал. Ведь из собственного небольшого опыта и из рассказов других людей, подобно ему, побывавших в джунглях, мальчик знал, что если тигра не тревожить, он сам не причинит вреда. Увидев тигра днём, мальчик уходил с его пути, а если это было невозможно, стоял совершенно неподвижно, пока тигр не пройдёт мимо». Джим Корбетт, «Кумаонские людоеды».

"Друг кошек" март 2013




Категория: Заметки | Просмотров: 2516 | Дата: 30.03.2013 | Рейтинг:
5.0/5 из 3
Похожие материалы
Всего комментариев: 0
avatar
Вверх