Главная » Новости » "Говорящие" лошади Карла Кралля
Дата: 03.03.2015 | Просмотров: 2499 | Комментариев: 0

Считается, что лошадь — животное стадное, а потому зачастую неуправляемо, пугливо и поступки его просчитать трудно. Безусловно, это так, однако не все знают о том, что лошади от природы наделены необычайным интеллектом, феноменально умны и сообразительны. Это доказал 100 лет назад немецкий ювелир и владелец лошадей Карл Кралль.

Слава К. Кралля как учителя лошадей началась с покупки орловского рысака по кличке Ганс. К тому времени конь вместе со своим хозяином Вильгельмом фон Остеном объездил пол-Германии, получив славу «ученой лошади» и прозвище Умный Ганс: он умел читать и считать, выстукивая копытом по деревянной дощечке правильные ответы. 

Но после нескольких разгромных статей в прессе фон Остен опустил руки и передал Ганса Краллю. Кроме Ганса, Кралль приобрел двух арабских жеребцов — Царифа и Мухаммеда, а также пони Гансика, слоненка Каму и слепого коня по кличке Берто. Кралль хотел быть уверенным в объективности экспериментов, которые он намеревался проводить.

БЕЗ НАМЕКА НА СГОВОР

Самые интересные заметки об экспериментах Кралля оставил писатель, лауреат Нобелевской премии М. Метерлинк в одной из глав своей книги «Неизвестный гость». Однажды он приехал по приглашению ювелира к нему в гости, дабы своими глазами увидеть знаменитых лошадей.

Как и фон Остен, Кралль в методе обучения остановил свой выбор на выстукивании ответов по деревянной дощечке. На уроках математики количество ударов было равно правильному ответу, а на уроках чтения и письма каждой «произнесенной» лошадью букве соответствовало определенное количество ударов копытом в условном алфавите, придуманном Краллем.

Такой способ изъяснения может показаться сложным, но лошади освоили его с легкостью, а зрителям, присутствующим на уроках, выдавалась схема-алфавит, чтобы понимать ответы лошадей.

Сначала писателю был представлен Мухаммед. Кралль попросил жеребца «написать» фамилию гостя, несколько раз произнеся: «Maeterlinck». «Мухаммед издал короткое ржание и сделал несколько ударов сначала правым копытом, затем левым, которые соответствовали букве М в условном алфавите, что использовался лошадьми. Затем, одну за другой, он отстучал буквы ADRLINSH, представляя неожиданное видение, в котором мое скромное имя представало в лошадиных мыслях и фонетике».

Гансик, толстый пони Кралля, показал свое владение арифметикой. Метерлинк попросил разделить 441 на 7. «Гансик немедленно, со скоростью, за которой трудно было уследить, выдал три удара своим правым копытом и шесть левым, что давало 63. Мы поздравили его; и, чтобы показать свое удовлетворение, он проворно перевернул число, отметив 36, а затем опять поставил цифры правильно, процарапав 63. Он определенно был доволен собой и жонглировал цифрами. Числа давал я сам, чтобы убрать любые намеки на сговор».

Метерлинк обращает внимание на то, что во время урока Кралль не касался лошадей, не жестикулировал, не делал ничего, что могло бы быть истолковано как подсказки. Однако Кралль прогнозировал неминуемое недоверие к его экспериментам, и именно поэтому в его конюшне жил Берто — совершенно слепой конь нормандской породы. Кралль объяснял ему принципы сложения и вычитания с помощью легких похлопываний по боку. 

«Кралль говорил с ним так, как отец может говорить со своим самым младшим сыном. Он ласково объяснял ему простейшие действия, которые я предложил ему произвести: два плюс три, восемь минус четыре и т. д. Когда он не понимал вопроса, он ждал, пока его нарисуют пальцем у него на боку; и та старательная манера, в которой он работал как отстающий в развитии или больной ребенок, была бесконечно трогательным зрелищем».

ЖАЖДА РАЗОБЛАЧЕНИЯ

Самым удивительным результатом обучения лошадей стало то, что они смогли общаться с Краллем. Так, однажды перед занятием Цариф стал внезапно выстукивать копытом по дощечке, образовав предложение: «Конюх Альберт побил Гансика», а на одном из уроков отказался отвечать на задачки, простучав: «Нога болит». К сожалению, обучению не поддавался слоненок Кама, но Кралль списывал это на юный возраст ученика, а не на отсутствие у него интеллекта.

С того момента, как информация об опытах Крапля вышла за пределы Эльбер-фельда, в город хлынули ученые и эксперты, желающие разобраться в феномене разумных лошадей. Самым заметным в своей жажде разоблачения был немецкий психолог О. Пфунгст. Когда-то ему удалось разрушить жизнь фон Остена, первого хозяина Умного Ганса: Пфунгст заявил о том, что фон Остен бессознательно подает своей лошади сигналы о том, сколько правильных ударов нужно совершить для ответа на тот или иной вопрос.

Протесты фон Остена в глазах общественности были неубедительны, и эта публикация окончательно выбила почву из-под ног экспериментатора. Но К. Кралль был открыт, бесстрашен и готов к любой полемике.

Пфунгст присутствовал на занятиях с лошадьми, сам задавал им вопросы и давал математические задачки. Просил Кралля удалиться на другой конец аудитории или выйти из нее. Помещал лошадей за непроницаемой ширмой, надевал на их головы шоры и капюшоны. Все было напрасно — лошади неизменно давали верные ответы, а процент ошибок во время экспериментов был ровно таким же, как и на простом занятии с Краллем.

Неопровержимость наличия разума у лошади еще больше подогрела интерес научного мира к эльберфель-дским лошадям. Немецкий естествоиспытатель Э. Геккель писал Краплю: «Ваши тщательные и критические исследования доказывают, вне всякого сомнения, способность животных к самостоятельному мышлению, в которой я, впрочем, никогда и не сомневался». 

Нобелевский лауреат профессор В. Ф. Оствальд писал о книге К. Кралля «Мыслящие животные»: «Она, вероятно, сыграет такую же крупную роль в учении о положении человека в природе, как это сделал в свое время капитальный труд Дарвина». 

Знаменитый русский биолог Н. Кольцов предпринял экспедицию в Эльберфельд, подтвердив в итоге огромное значение опытов Кралля для мировой науки. Зоолог Г. Циглер, изучив и систематизировав открытия Кралля, написал монографию «Душевный мир животных». В ней он описывает не только опыты Кралля, но и свои собственные: Г. Циглер обучил свою собаку Аву по «лошадиному принципу» и получил не менее удивительные результаты.

ЗАВИСТЬ И ГЛУПОСТЬ ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ

Казалось бы, такие результаты экспериментов должны были вывести людей на новый уровень понимания окружающего его мира. Но нашлись ненавистники, которые не могли простить лошадям наличие у них разума, а их хозяину — дерзость доказывать это.

При полном подтверждении ведущими учеными объективности опытов Кралля, отсутствия в них дрессуры или подтасовок не все члены сообщества смогли с этим смириться. Во главе с О. Пфунгстом был составлен «Монакский протест» — письмо за 1 000 подписей малоизвестных ветеринаров, дрессировщиков, кавалеристов, директоров цирков и пр. 

В нем говорилось о несомненном вреде, нанесенном опытами Кралля, прежде всего репутации только зарождающейся тогда науки зоопсихологии, которая объясняла все действия животных исключительно набором рефлексов и инстинктов. Также оппоненты Кралля отмечали противную Богу и церкви, кощунственную суть его опытов, в которых бездушная скотина ставилась в один ряд с венцом творения.

Протест был направлен властям, и репутации Кралля пришел конец — для них письмо, подписанное 1 000 малограмотных и завистливых лиц, стало доказательством его шарлатанства. Десяток авторитетных ученых были не в силах защитить Кралля от 1 000 злопыхателей.

Начиналась Первая мировая война. Германия, испытывающая дефицит в главной движущей силе кавалерии, массово реквизировала на фронт лошадей гражданских лиц. Не избежали этой участи и мудрые, все понимающие лошади К. Кралля. Военных не интересовали интеллектуальные достижения крал-левских лошадей — они были забраны на фронт в общем порядке.

Несгибаемый бизнесмен и богатый промышленник был сломлен — его труды оказались напрасны. После войны он разыскивал своих лошадей, но безуспешно: все — сообразительный Цариф, и ласковый Мухаммед, и старый мудрый Ганс — погибли...

Чему может научить нас эта история? Возможно, тому, что человеку, за тысячелетия своего существования сделавшему массу научных открытий, изучившему мир от атома до глубин космоса, не хватает мужества признать: не стоит искать разум на других планетах, возможно, в поисках разумной жизни достаточно просто внимательно посмотреть вокруг себя.

Мария МИЛЯЕВА

ТЕГИ лошадь

КОММЕНТАРИИ
Всего комментариев: 0
avatar